makanom (makanom) wrote,
makanom
makanom

Дорогая недвижимость - повод для атаки с целью уничтожения:

Оригинал взят у el_tolstyh в Дорогая недвижимость - повод для атаки с целью уничтожения:
Их здание слишком лакомый кусок.


На наших глазах в Петербурге разворачивается операция по уничтожению коллекции семян Всероссийского института растениеводства (ВИР). «АН» рассказывали об этом в №44 за 2012 год.

Учёные твердят, что коллекция – это единственный в России генный банк растений, основа продовольственной безопасности страны и стоит несколько её годовых ВВП. Основная беда ВИР – в его дорогостоящих землях и недвижимости. А выделяемые на поддержку растениеводства вполне приличные бюджетные средства мистическим образом не доходят до адресата. У многих научных сотрудников зарплата не окупает даже расходов на поездку на работу. Власть решила взять их измором – создав невыносимые условия труда.

ВИРу – мир

За годы демократии численность сотрудников ВИР сократилась с советских времён в четыре раза – с 1200 до 300 человек. Сегодня пожилые люди в несвежих халатах, копающиеся в земле, – сплошь доктора наук. Лаборантов почти не осталось, на зарплату в 6 тыс. рублей из нынешней молодёжи пойдёт только фанатик. Но эти детали мало трогают, пока не уяснишь себе, какую ценность представляет собой коллекция на вировских полях в Пушкине под Петербургом.

Её начали собирать в 1894 г., когда при Министерстве земледелия возникло Бюро по прикладной ботанике.Большевики, взрывавшие дворцы и церкви, коллекцию не только не разорили, но и создали на её базе Всесоюзный институт прикладной ботаники и новых культур, из которого вырос ВИР. В голодные для страны годы глава института, академик Николай Вавилов отправлял экспедиции в Китай, Эфиопию, Чили для сбора семян сельхозкультур. А страна продавала из Эрмитажа картины Рафаэля и Леонардо, чтобы добыть те доллары и франки, которые тратил Вавилов. Просто без коллекции семян в изолированной от буржуазного мира стране нечего стало бы кушать.

– Нельзя из года в год сеять один и тот же сорт пшеницы, потому что через 3–4 года бактерии и болезни приспособятся к его биологической защите, – говорит биолог Дмитрий Матвеев. – Нужна постоянная селекция сортов, в ходе которой ослабляются нежелательные и усиливаются хозяйственно полезные признаки. Современная селекция до сих пор базируется на идеях Вавилова об исходном материале. Он считал, что на земле существуют семь центров происхождения культурных растений, каждый из которых способен дать гибриду эксклюзивные свойства. Великий учёный культивировал их на полях ВИР в Пушкине, потому что чем больше местного и инорайонного материала – тем больше выбор для селекции. Кстати, неурожай 2010 года показал, что создание устойчивых сортов – это до сих пор острейшая мировая проблема.

Сегодня коллекция ВИР составляет 323 тыс. образцов культурных растений и их диких родичей, представленных 64 ботаническими семействами, 376 родами и 2169 видами из 60 стран мира. Более 20% коллекции составляют сорта и популяции уже исчезнувших с лица земли форм. Из них выведено 4,5 тыс. сортов основных культур, из которых более 500 продолжают возделываться в России. Коллекция ВИР является крупнейшей в Европе, но уже четвёртой в мире, её обогнали генбанки США, Китая, Индии. В затылок дышат Япония и Бразилия. Экспертная группа Всемирного банка оценила рыночную стоимость коллекции генов ВИР в 8 трлн. долларов США. Такая астрономическая сумма объясняется невозможностью создать подобную коллекцию ни за 20, ни за 30 лет.

Как же сегодня сохраняется это баснословное национальное богатство, о котором Дмитрий Медведев с гордостью рассказывал гостям Петербургского экономического форума в 2009 году?

Пушкино уже не «наше всё»

Вокруг опытных полей Пушкинских лабораторий – ни заборов, ни охраны. Гордая вывеска «ВНИИ растениеводства им. Н. И. Вавилова» на воротах грубо завешена баннером «Шиномонтаж». На месте бывшего гаража – авторемонт. Масло, бензин, грязь с машин текут прямо на землю. Буквально в нескольких метрах – изношенная до основания котельная. Объект повышенной опасности. Даже без арендаторов она не обеспечивала нормальный температурный режим. Сейчас же температура в главном лабораторном корпусе зимой не поднимается выше 7–9 градусов.

– Ровно год назад из штата Пушкинских лабораторий уволились якобы «по собственному желанию» более 25 человек обслуживающего персонала (из 45). На территории лабораторий нет места учёным. Нас выгоняют в прямом смысле слова, зато всё – здания, земли – сдают в аренду бизнесу. Мотивировка проста – нет денег на содержание исторического имущества, – говорит сотрудник лаборатории.

По его словам, многочисленные арендаторы счётчики на воду, тепло и электричество не ставят. За них расплачивается ВИР, руководители которого жалуются на отсутствие финансов. И долги перед коммунальщиками растут как снежный ком.

Главным арендатором называют некую фирму «Багратион». Уставная деятельность – ресторанный бизнес. Именно «багратионовцы» при помощи директора ВИР Н. Дзюбенко смогли в рекордные сроки прибрать к рукам всю научную и производственную базу Пушкинских лабораторий.

– 1 августа прошлого года на учёном совете Дзюбенко просто поставил нас перед фактом, что институт сокращает свою службу технического обслуживания научных полевых экспериментов и по договору передаёт арендатору – фирме «Багратион» – территорию и всю материально-техническую базу экспериментальных Пушкинских лабораторий. Финансовая составляющая договора – военная тайна, – говорит сотрудник института.

Техника, ранее обслуживающая научные исследования, теперь отправлена в Павловск, территория исторического памятника – усадьбы князя Владимира с уникальной эколого-климатической территорией, которую 90 лет назад выбрал для первой опытной станции сам Вавилов, захламлена и отдана под ремонт автомобильной техники и проведения строительных работ. В теплицах же выращивают зелень для ресторанного бизнеса «Багратиона».

Лаборатория технологической оценки качества сельскохозяйственных культур сокращена, оборудование исчезло, здание в 1000 кв. метров передано в аренду. Общежитие, в котором раньше проживали аспиранты, отдано гастарбайтерам.

– Это прямое уничтожение научно-исследовательской базы ВИР. Лишить агрономов и селекционеров земли – то же самое, что у хирурга отобрать скальпель или у астронома – телескоп. Как такое могло случиться с институтом, имеющим мировое значение?! – с возмущением спрашивает бывший директор института академик Виктор Драгавцев.

Как отмечают уцелевшие научные сотрудники, круговорот финансов в институте крайне запутан. А миллиарды, выделяемые из бюджета по профилю ВИР, до института и его опытной сети просто не доходят.

Весь мир науки мы разрушим…
Tags: ВИР, Ленинград
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments